Винтажная «королева»: первая в истории фотомодель и родоначальница фешн-съемки

Родись Вирджиния ди Кастильоне на 150 лет позже, она наверняка стала бы звездой инстаграма. Но и в XIX веке она сумела превратить свою жизнь в бесконечный фотопроект, будучи первой в истории фотомоделью и придумав целый арсенал приемов, которые позже станут классикой фешн-съемки.

Вирджиния Элизабетта Луиза Карлотта Антуанетта Тереза Мария Ольдоини родилась во Флоренции в 1837 году — почти одновременно с фотографией. В шестнадцать девушку выдали замуж за графа ди Кастильоне, но брак долго не продлился. Вскоре Вирджиния рассталась с супругом, успев перед этим родить ему сына.

В 1855 году графиня переехала в Париж, где почти сразу стала фавориткой Наполеона III. Считается, что поручение соблазнить императора ей дал премьер-министр Сардинии, приходившийся девушке кузеном. Ее задачей было убедить Луи-Наполеона не препятствовать объединению Италии.

Связь длилась два года и закончилась скандалом: однажды, когда император выходил из дома графини, на него напали трое итальянских революционеров.

И хотя не было никаких доказательств причастности фаворитки к этому покушению, доступ к телу монарха для нее отныне был закрыт. Впрочем, непохоже, чтобы ее это расстроило, — к тому времени ди Кастильоне уже нашла свое настоящее призвание.

…Все, кто был знаком с графиней, единодушно отмечают две вещи: ее исключительную красоту и такую же исключительную самовлюбленность. «Она походила одновременно на Венеру Перуджино и античных Венер, но всегда пребывала в состоянии, напоминающем мрамор или картину — без живости и без жизни», — пишет о ней маршал Франсуа Канробер.

«Она появлялась среди публики, словно богиня, сошедшая с небес, — вторит генерал Флёри. — Супруг сопровождал ее в тихий уголок зала, где она милостиво принимала поклонение и восторги, будто она — некий алтарь или святыня».

Принцесса Паулина де Меттерних отмечала, что графиня действительно была «чудом красоты: прекрасные волосы, талия нимфы, кожа цвета розового мрамора», но при этом «была так полна своей победоносной красотой, что через какое-то время начинала действовать на нервы».

Графиня «была так полна своей победоносной красотой, что через какое-то время начинала действовать на нервы».

Победоносную красоту требовалось увековечить. Поэтому летом 1856 года графиня впервые пришла в ателье придворного фотографа Пьера-Луи Пьерсона. За последующие сорок лет он сделает более 700 портретов графини — цифра для XIX века совершенно фантастическая.

…В 1850-х фотографию еще считали роскошью. Современники графини посещали фотоателье по особым случаям, а снимки выполняли ту же роль, что раньше парадные портреты, — они должны были рассказать современникам и потомкам о богатстве и общественном положении человека.

Поэтому съемка портрета была делом серьезным: лучшая одежда, величественная поза, торжественное выражение лица.

Первые фотографии ди Кастильоне тоже были такими. Но она была недовольна, считая, что скудные выразительные средства классического портрета не позволяли ей развернуться. А так как других выразительных средств в то время еще не существовало, ей пришлось придумывать их самой.

Так начался фотопроект длиною в жизнь, в котором графиня была не только моделью, но и режиссером, сценаристом, декоратором и продюсером, а Пьерсон — послушным исполнителем.

Она действительно изобрела многое из того, что сейчас считается классикой фешн-фотографии.

Начнем с того, что графиня первой стала проводить полноценные фотосессии — с сюжетом, костюмами, декорациями, режиссурой, актерской игрой. Сюжеты чаще всего брались из истории, литературы, живописи, опер: графиня позировала в образе то монахини, то бретонской крестьянки, то правительницы древней цивилизации, то Пиковой дамы (бывали и совершенно сюрреалистические серии — к примеру, «Игры безумия»).

В качестве декораций годилось все, даже собственный ребенок: графиня нередко наряжала его в причудливые костюмы и заставляла позировать вместе с собой. Правда, на лице мальчика отчетливо читается все, что он думает об увлечении матери.


В качестве декораций годилось все, даже собственный ребенок.

Ди Кастильоне первой начала экспериментировать с ракурсами и композицией (например, снимать свое отражение в зеркалах), с позами (лежа, полулежа, спиной к камере) и выражением лица. Первой вывела съемку фотосессий за пределы студии (в серии «Собачки» она позирует со щенками на фоне природы).

И даже популярный инстаграм-жанр «фото ног» — тоже ее изобретение: сохранилось множество снимков, где в разных ракурсах сняты голые ноги графини. Это сейчас такие кадры выглядят невинно, а в те времена они были почти равносильны порнографии.

Впрочем, Вирджиния ничем не рисковала — ее фотосессии не предназначались для посторонних глаз. Снимки она хранила у себя дома или рассылала друзьям.

А иногда и врагам: для этих случаев ди Кастильоне сняла специальную серию «Месть», где позировала с кинжалом в руках и свирепым выражением лица. По слухам, фотографии этой серии она посылала бывшему мужу, когда он попытался забрать у нее ребенка.

Ди Кастильоне сняла специальную серию «Месть», где позировала с кинжалом в руках и свирепым выражением лица.

Работа над портретами не заканчивалась в студии. Как только снимки были напечатаны, графиня бралась за постпродакшн: раскрашивала, дорисовывала, ретушировала. С годами ретуши становилось все больше. Так, в 1890-х ди Кастильоне придумала способ корректировать расплывшуюся фигуру с помощью наклеенных поверх фотографий полосок бумаги.

Графиня тяжело переживала старение. В ее особняке на Вандомской площади все стены были задрапированы темной тканью, окна и зеркала занавешены, а на улицу она теперь выходила только под покровом ночи. Но фотографироваться не перестала: последняя серия снимков с голыми ногами сделана в 1894 году, когда ди Кастильоне было уже под шестьдесят.

Рассказывают, что в последний год своей жизни графиня написала всем любовникам и друзьям, которым когда-то посылала фотографии, с просьбой вернуть их — она всерьез собиралась устроить ретроспективу из 500 своих портретов на Всемирной выставке в Париже.

Даже название уже придумала: «Самая красивая женщина века». Но реализовать задуманное не успела. В 1899 году графиня умерла, всего несколько недель не дожив до нового столетия.

История на этом не закончилась. После смерти графини ее архив купил Робер де Монтескью — светский лев, поэт-символист, «профессор красоты». Де Монтескью, эксцентричностью не уступающий самой ди Кастильоне, был страстным коллекционером. Ходили легенды, что в его доме, помимо антиквариата и драгоценностей, хранятся пуля, убившая Пушкина, прикуренная сигарета Жорж Санд, тапочки возлюбленной Байрона, ванна фаворитки Людовика XIV мадам де Монтеспан и даже ночной горшок, которым якобы пользовался Наполеон накануне битвы при Ватерлоо.

Де Монтескью не был знаком с графиней лично, но был ее заочным поклонником: в 1913 году он даже издал ее биографию, над которой работал несколько лет. Сегодня большая часть фотоархива ди Кастильоне хранится в Метрополитен-музее; часть коллекции выставлена в музее французского города Кольмар.

Share